Доктор Джимми всегда придерживался строгих профессиональных рамок. Но после того, как в его жизни случилось несчастье, что-то внутри надломилось. Теперь он перестал подбирать обтекаемые формулировки. Вместо этого он стал говорить своим пациентам неприкрытую правду, ту самую, что крутилась у него в голове во время сеансов.
Его прямолинейные, порой жёсткие замечания шокировали. Однако странным образом эти слова, лишённые обычной терапевтической осторожности, задевали самое важное. Пациенты, услышав то, что давно боялись признать сами, начинали действовать. Их жизни менялись, порой болезненно, но решительно.
А сам Джимми, наблюдая за этими переменами, постепенно начал чувствовать нечто, давно забытое. Его собственная жизнь, застывшая после потери, тоже медленно пришла в движение.
